В современных панегириках последнего российского императора часто рисуют отрешенным молитвенником. Ему приписывают глубокую святость. Его представляют невинной жертвой. Однако подлинные дневники монарха рисуют совершенно иной человеческий портрет. В течение двадцати трех лет Николай Романов методично вел подневные записи. В этих тетрадях нет мыслей о реформах. Там нет боли о крестьянском голоде. Зато страницы заполнены аккуратным бухгалтерским учетом убитых животных. Император с азартом отстреливал ворон, дворовых собак и кошек в парках...