Один из первых людей революции провёл последние годы в изгнании — и всё равно не давал покоя самому могущественному правителю страны. Вопрос не в том, кто из них был страшнее. Вопрос в том, почему человек, державший в кулаке целую империю, не мог спать спокойно из-за одного эмигранта с пишущей машинкой. Чтобы ответить на него, нужно вернуться на несколько десятилетий назад — в грохот гражданской войны, в пыльный Царицын, где два большевика впервые по-настоящему возненавидели друг друга. 1918 год...