— Нинка Бойко? — окликнули сзади, когда Нина сняла очки, чтобы разобрать расписание детских шахмат. Она не сразу обернулась. Бойко была девичьей фамилией, короткой, как школьный звонок. Её давно не произносили ни в поликлинике, ни в банке, ни в управляющей компании, где Нина дорабатывала три дня в неделю. Там она была Ниной Петровной Гордеевой, а дома мамой, бабушкой или просто Нин, если соседка звала через стенку. У доски объявлений стоял мужчина с детским розовым рюкзачком в руке. Волосы у него были подстрижены коротко, у виска белел маленький шрам, куртка сидела чуть тесно в плечах...