— Не смотрите на меня так, — тихо сказала седая женщина в выцветшем ситцевом халате, плотнее запахивая воротник. В ее тусклых глазах не было ни тени былого величия, только бесконечная усталость и глухая, застарелая боль. Она стояла посреди крошечной московской кухни, опираясь иссохшими руками о край стола, заваленного дешевыми лекарствами от давления. За окном хлестал серый октябрьский дождь 1994 года, смывая последние следы золотой осени империи, которой больше не существовало. Виктория Петровна Брежнева...