– Долги мамы платит тот, кто взял квартиру, – Виктор смотрел прямо, не мигая. – А квартиру взяли мы. Но платить будешь ты. Он сказал это так, будто речь шла о чём-то решённом. Будто не было ни сорока дней, ни поминального борща, который Алла варила до полуночи, ни её опухших от слёз глаз. Только кухня, запах пирогов, остывших за пару часов, и два старших брата, сидящих за столом так, будто они здесь хозяева. – С чего бы это? – тихо спросила она, но тишина вышла не растерянная, а звонкая. – Я в мамину квартиру не вхожу...