Солнце в тот день светило с каким-то издевательским, театральным прицелом. Оно било прямо в макушку старой ели, высвечивая одну-единственную ветку — идеальный сценический помост для грядущего позора. Внизу, утопая лапами во влажном мху и прошлогодней хвое, собиралась труппа...