Дождь хлестал по крыше так, будто хотел смыть эту дачу с лица земли. Лена сидела у мутного окна, сжимая остывшую кружку, и уже не видела дорожек, которые оставляли капли на стекле. Она смотрела в себя — и понимала: зря она сюда приехала. Каждый раз здесь она чувствовала себя не гостьей, а заложницей. Господи. Зачем я согласилась приехать? Знала же, что свекровь начнёт. Знала. Но Лёша просил: «Мама старая, одинокая, будь добрее». Я дура. Я всегда дура. Она вспомнила, как собиралась на эту поездку...