Подзорные трубы продавались как горячие пирожки, еще бы, графиня бродила по дому без всего! Официально - из-за жары. Было на что посмотреть достопочтенным бюргерам! Одни называли её «русской Аспазией», другие — «Минервой с повадками куртизанки». В Петербурге только ленивый не судачил о графине Софье Киселёвой. Князь Вяземский, знавший толк и в стихах, и в женщинах, обронил однажды за ужином: «Наша Софья Станиславовна — похотливая Минерва, и точка». Фраза разлетелась по гостиным мгновенно и приклеилась к графине навсегда...