Башня оказалась легче, чем я ожидал. Она отделилась от литника почти без усилия — гладкая, округлая, с характерным приливом под командирский люк. Я повернул её в пальцах. Маленький пластиковый кружок, в котором угадывались скулы литой брони, погон, посадочное место под пушку. Всё аккуратно. Всё на месте. Т-80. Не «восьмидесятка» из учебника, не строчка в справочнике — а конкретная модель на моём столе, с траками на литнике и тонкими поручнями, которые я ещё не решился отрезать. Газотурбинный. Тот самый...

Память странная вещь. Она не хранит даты или номера приказов. Память пахнет сиренью после дождя, горячим воском паркета в Доме Красной Армии и крахмалом свежего подворотничка. Я помню тот день до последней складки на скатерти. Это был май тридцать девятого. Или сорокового? Неважно. Важно то, что Киев тогда плавился от жары, а каштаны роняли свои белые свечи прямо на горячий асфальт. Я работала телефонисткой на узле связи штаба округа. Мои пальцы летали над штекерами, соединяя голоса больших начальников,...