— Знаешь, — сказал как-то Андрей, глядя куда-то поверх моей головы, в серое московское небо, — самое страшное в нашей профессии не провал в прокате. Самое страшное — это когда ты приходишь домой, а там пустота, которую не заполнить никаким сценарием. Мы привыкли видеть его на экране брутальным, резким, с тяжелым взглядом человека, который видел жизнь. Димон Ошпаренный из «Бумера», отчаянный милиционер, суровый командир. Но в жизни Андрей Мерзликин долгое время оставался тем самым надежным плечом,...

— Я пришла предупредить лично. Скоро у вашего мужа появится ещё один ребёнок, — заявила молодая женщина. Елена не отступила от двери и не предложила гостье войти. На лестничной площадке было жарко и душно. Сквозь открытое окно тянуло пылью, нагретым асфальтом и запахом тополей. Незнакомка стояла напротив в светлом платье, с небольшой сумкой через плечо. На вид ей было около тридцати. Она не плакала, не заламывала руки и не выглядела человеком, который пришёл просить прощения. Елена внимательно осмотрела её лицо, обувь, тонкое кольцо на правой руке и телефон, зажатый в ладони...