Приезжаешь на рассвете на родную речную излучину, куда еще пацаном бегал с дедовской бамбуковой удочкой за карасями и плотвой, а поперек накатанной грунтовки натянут ржавый трос с амбарным замком. Из покосившейся будки не спеша выходит крепкий мужик в камуфляже без опознавательных знаков и с порога заявляет: «Здесь частная территория, река в аренде! Плати полторы тысячи за путевку или разворачивайся и мотай отсюда!». Внутри всё закипает: с каких это пор природный водоем стал чьей-то вотчиной, а право...

— Ань, ну ты же понимаешь, что тебе придётся отказаться от этой должности? Максим аккуратно отодвинул пустую тарелку, откинулся на спинку стула и посмотрел на меня так, словно мы обсуждали покупку новой стиральной машины взамен сломавшейся. Спокойно, с лёгкой снисходительностью человека, который озвучивает очевидное и уже всё решил за нас двоих. Я остановилась с губкой над раковиной, пытаясь сопоставить его будничный тон с тем, что он только что произнёс. Вода продолжала шуметь, разбиваясь о дно металлической мойки...