— «Оборванка» решила, что мой сын будет кормить её родню! — шипела мать мужа у порога, не удосужившись даже стряхнуть с тяжелого пальто мелкую крупу ноябрьского дождя. — Впусти ее в прихожую, она и спальню займет, а потом позовет свой табор! Андрей, ты ослеп? Ты посмотри, кого ты в дом привел! — Мама, перестань, не начинай прямо в дверях, — устало отозвался Андрей, машинально пряча руки в карманы домашних брюк. Взгляд его привычно ускользал куда-то в сторону обувной полки. — Вера просто попросила помочь ее брату с общежитием...

Представьте: сто двадцать живых душ — и единственная нить, связывающая их с жизнью. Эта нить — дорога. Она всегда была трудной, но сейчас она превратилась в ловушку, которая медленно, день за днём, затягивается на шее наших подопечных...