— Ты вообще соображаешь, что творишь? Марина влетела в прихожую так резко, что ударила входной дверью по стене. С грохотом бросила ключи на тумбу и уставилась на мать. — Мы тебе звоним со вчерашнего вечера! Тамара стояла у зеркала в раме и спокойно укладывала в объемную дорожную сумку легкий плащ. Она даже не вздрогнула от крика дочери. — А я со вчерашнего вечера не хочу с вами разговаривать. Она не подняла глаз. Следом за Мариной в квартиру протиснулся Паша. Он тяжело дышал, мял в руках телефон и нервно озирался по сторонам...

— Мать честная, какие ещё новые жильцы?! — баба Инна замахала руками в прихожей, прижимая трубку к уху. — Никому я свои банки с огурцами не дарила! Сабина у плиты перевернула сырники на сковороде и встревоженно выглянула в проём. В тесной прихожей было не протолкнуться. У порога возвышались два пухлых дорожных баула. Сын Даниил в модной песочной куртке и с солнечными очками на макушке рылся в старом серванте. Его жена Эльвира, наряженная в бежевую блузку, нетерпеливо постукивала носком светлой босоножки по половику...