Илья Рощин внёс Веру в дом, а Вера подумала: «Как второе возрождение, и снова я на руках у мужчины». Оказавшись в доме, Вера успокоилась только тогда, когда заперли двери. Прибежала Домна Афанасьевна, и почему-то лицо у неё было заплаканное: ─ Верушка, приехала всё-таки. А Вера про себя удивилась: «Её что ждали?» И Домна Афанасьевна оглядела Веру с ног до головы, и лицо у неё при этом сделалось удивлённое, что тоже Вера отметила, как необычное, и подумала, что надо бы выяснить, что здесь происходит...

Вера смотрела на двор. Обычный двор - лавочки, песочница, тощие клены, которые посадили еще при советской власти. Сколько раз она смотрела в это окно за двадцать семь лет? Не сосчитать. Только теперь она смотрела одна. Геннадий ушел, когда зацвела черемуха. Вера потом долго не могла выносить этот запах - приторный, сладковатый, от которого кружилась голова и хотелось плакать. Хотя плакать она себе не позволяла. Не умела или разучилась - сама не понимала. Он ушел как-то буднично. Утром пили чай, он листал газету, она мыла посуду...