Дверь старой квартиры на третьем этаже распахнулась. Антонина Васильевна, вытирая руки о кухонное полотенце, вышла в прихожую, готовая отчитать сына за то, что он опять забыл купить хлеба. Но слова застряли у неё в горле. На пороге стоял её двадцатипятилетний сын, Олег. Лицо его светилось от какой-то безумной, мальчишеской решимости. В правой руке он держал тяжелую дорожную сумку, а левой крепко сжимал ладонь молодой незнакомки. Рядом с девушкой, испуганно прижимаясь к её ноге, стояла маленькая девочка лет пяти в старенькой одежде и с большими, как пуговицы, серыми глазами...

Тоня не собиралась заходить к матери в тот день. Просто шла мимо и вспомнила, что обещала занести ей новомодное лекарство от давления. Пакет с аптечной коробкой болтался в руке, ноги гудели после смены, и единственное, чего ей хотелось в этот момент, это горячий душ и тишина. Но она свернула к знакомому подъезду. Дверь была не заперта. Мать никогда ее не запирала, сколько ни проси. «Кого мне бояться, Тонь? Я тут сорок лет живу, меня даже тараканы знают по имени.» Спорить с Раисой Михайловной было бесполезно, потому что она всегда находила весомый аргумент...