Рывок был таким резким, что в глазах полыхнуло белым. В шейных позвонках что-то противно хрустнуло. Не громко, но я услышала этот звук отчётливо, будто кто-то рядом сломал сухую ветку. Виктор намотал мои волосы на кулак и заставил запрокинуть голову так, что я увидела только потолок...

Когда человек уходит, от него остаётся тишина и вещи. Вроде бы ещё вчера в доме скрипели половицы, хлопала дверь сеней, пахло тёплым хлебом и корвалолом, а сегодня - пустота. И только разложенные по стопкам пожитки напоминают о том, что здесь кто-то жил. К Марии Ивановне я заходила часто, особенно в последний год, когда давление у неё стало скакать. Женщиной она была тихой, работящей, из тех, кто лишний раз на себя внимания не обратит и помощи не попросит. А на прошлой неделе её не стало. Разбирать дом из города приехал её единственный сын, Алексей...