Мне было двадцать девять. Я уже верил в Бога. По крайней мере, мне так казалось. Я пришёл к протестантам. Читал Евангелие, ходил на богослужения, старался жить так, как понимал христианство. Там было много искренних людей — я не хочу перечёркивать тот период. Но постепенно во мне стало расти странное ощущение. Мне стало тесно. Не потому, что хотелось меньше требований. Наоборот. Я упирался в стены именно там, где начинались самые важные вопросы. Что такое Церковь? Почему христианству две тысячи...

!