— Сумку на тумбочку поставьте. Быстро. Светлана стояла в дверном проеме спальни, преграждая выход в коридор. С мокрых волос на плечи домашней футболки падали тяжелые холодные капли, но она этого не замечала. В руках она сжимала пустой конверт из плотной крафтовой бумаги — тот самый, который еще утром был тугим и приятным на ощупь, а теперь превратился в бесполезный кусок макулатуры. Валентина Петровна, уже полностью одетая в свое драповое пальто, застегивала последнюю пуговицу у горла. Она стояла перед зеркалом в прихожей, поправляя съехавший набок берет, и выглядела воплощением спокойствия...

Аромат запеченной с яблоками утки, казалось, въелся не только в волосы и одежду Веры, но и в саму её кожу. На часах было половина шестого вечера. Она на ногах с пяти утра. За это время Вера успела сбегать на рынок за свежей зеленью и фермерским мясом, отстоять очередь в лучшей кондитерской за любимым тортом свекрови, сделать генеральную уборку и приготовить праздничный стол на пятнадцать персон. Сегодня Тамаре Ильиничне, матери её мужа, исполнялось шестьдесят пять лет. И по негласной, но железобетонной семейной традиции, отмечать юбилей должны были именно у них...