Такой лютой зимы не помнили даже старожилы. Она налетела завыванием ветра и снежными заносами. От промозглой стыни воротило душу. Начало Предыдущая часть 11 Михаил нервно курил на кухне, болела голова, хоть и выпил он вчера немного...

— Ты хоть понимаешь, что ты нас просто грабишь? Сидишь на своих счетах, как дракон на золоте, и делаешь вид, что ничего не происходит! — голос Тамары Степановны звенел так, что дребезжала стеклянная дверца кухонного шкафа. Кухня в квартире Ольги давно перестала быть местом, где просто едят. Она превратилась в ринг, где каждый вечер сходились в клинче две правды. Здесь спорили до хрипоты, здесь проливали горькие слезы в остывший чай, и здесь же, спустя час, могли нарезать общий хлеб, но уже молча, с камнем за пазухой...