— Оль, только трубку не бросай. Пожалуйста. Ольга посмотрела на часы: без двадцати одиннадцать. Последний раз Вадим звонил ей так поздно лет шесть назад, ещё до развода. Тогда он сказал, что задержится на объекте, а сам, как потом выяснилось, сидел в кафе с Кристиной из бухгалтерии. — Слушаю, — сказала она и убавила звук телевизора. — Ты можешь со мной встретиться? Завтра. Где скажешь, туда и подъеду. — А что случилось? — Не по телефону. Это важно, Оль. Очень. Голос у него был сиплый, торопливый...

– Ты только ящики приготовь заранее, мама, чтобы нам по жаре не топтаться и время не терять, – бодрый голос дочери в телефонной трубке звучал так деловито, будто она отдавала распоряжение подчиненному в офисе. Надежда замерла над грядкой, держа в испачканных землей пальцах спелую, тяжелую ягоду сорта Азия. Поясницу привычно тянуло после трех часов прополки, а под соломенной панамой уже собирались горячие капли пота, хотя солнце едва успело подняться над верхушками соседских яблонь. – Какие еще ящики, Таня? – Надежда переложила трубку к другому уху, вытирая тыльной стороной ладони лоб...