В секторе Тихих Сновидений воздух был неподвижен. Он пах озоном и тонкой, почти неуловимой нотой ванили. Здесь не было солнца — только перламутровое пространство, расчерченное течениями чужих грез. Рик стоял на центральном перекрестке, дирижируя потоками бессознательного. Взмах правой руки — и хрупкий, сотканный из сахарной ваты сон пятилетней девочки о леденцовом замке плавно огибает вязкую дрему уставшего бухгалтера, мечтающего о пустом пляже. Канцелярия Верхнего Уровня строжайше запрещала смешивать материи...