Спрятавшись от полуденного солнца в тени двух приземистых пальм, между которыми был натянут мой гамак, я неспешно потягивал на удивление холодное пиво и наслаждался бездельем. Лёгкий, убаюкивающий шум прибоя, покачивающийся гамак и градусы пенного напитка клонили в сон. Но в эту симфонию тропического кайфа свою ноту добавил звук следов с тихим шуршанием нагретого песка. Сделав очередной глоток всё ещё холодного хмельного напитка, я повернул голову в сторону идущего. Вернее, идущей. Вьющиеся пряди...

Тишина в Институте «Сатурн» после инцидента обманчивая. Её заполнил новый звук — лязганье строительной техники и тяжёлые шаги усиленного гарнизона. Подполковник Варенцов не стал засекречивать провал. Он его забетонировал. По периметру выросли вышки, подъезды перекрыли противотанковые ежи, а к бывшей лаборатории №3, теперь называвшейся «Объект "Витязь"», допуск получили единицы. Все — с новой, усиленной подписью о неразглашении, в которой пункт о «физическом устранении за разглашение» был не фигурой речи...