В небольшом провинциальном городке, где каждый занавес на окне имел уши, репутация значила больше, чем банковский счет. Ксения знала об этом лучше других. Каждый раз, выходя из подъезда, она кожей чувствовала колючие взгляды соседок, оккупировавших лавочку. — Идет, фифа, — прошипела Клавдия Петровна, демонстративно поправляя платок. — Сапоги кожаные, сумка заграничная, а родной матери мужа не может дешевый кнопочный телефон купить. Позорище. Ксения ускорила шаг, крепче сжимая ручку сумочки. Она слышала это не в первый раз...

— Витя, вставай. Ты слышишь? Они совсем офанарели. Голос Алины прозвучал в темноте спальни резко, но не громко, словно она боялась спугнуть ту хрупкую надежду, что звук прекратится сам собой. Но звук не прекращался. Это был не просто шум. Это был низкий, вибрирующий гул перфоратора, который вгрызался в бетонные перекрытия прямо над их головой. Казалось, сверло вот-вот проткнет потолок и, вращаясь, опустится прямо на их супружескую кровать. Виктор замычал в подушку, дернул плечом и попытался натянуть одеяло на самое ухо...