Ночь опускалась на степь мягко и тепло, как старое бабушкино одеяло. Звёзды горели ярче, чем в деревне, будто здесь, в степи, небо решило показать свою истинную глубину. Целинники размещались по палаткам. Только Митька с Манечкой стояли в раздумье. Как не крути, сейчас определялось, где им придется жить целый год. Митьке даже думать не хотелось, что им придется жить в палатке, где будет еще двадцать мужиков. Да и так, кругом одни мужики. Он же не всегда будет рядом с ней. Начнется работа, И работать придется много...

Субботнее утро в квартире Савельевых всегда пахло одинаково: поджаренным беконом, свежемолотым кофе и легким цветочным кондиционером от свежевыглаженных рубашек. Вадим любил это время. Он просыпался к десяти, надевал шелковый халат и выходил в гостиную, где его уже ждал сервированный завтрак. Это был не просто прием пищи — это был ритуал его превосходства, негласное подтверждение того, что жизнь удалась, а дом — это надежный тыл, где он — главный полководец. Но в эту субботу в квартире пахло… ничем...