Тетка Тамара ввалилась в наше жилище субботним утром не как родня, а как суровый воевода с указом о немедленном обыске моей совести. За её необъятной спиной, кутаясь в безразмерную рубаху, плелся тридцатидвухлетний двоюродный брат мужа — Вадик. Он безостановочно тянул густой дым из светящейся трубочки с таким скорбным видом, будто делал последний вдох в тонущей лодке. — Значит так, Алиса. Вы отдаете нам свои сбережения. Это не просьба, это спасение семьи, — с порога заявила тетка, даже не попытавшись снять грязные сапоги...

После его яростного сообщения, Сергей внезапно замолк. Весь день телефон не подавал признаков жизни, и эта тишина была подозрительно звенящей. Я вернулась в свою квартиру. Таша предлагала приехать переночевать к ней, но я отказалась. Я не собираюсь прятаться. В надежде на спокойный вечер, я заварила чай, накинула уютный плед и открыла ноутбук, чтобы еще раз взглянуть на разработки меню для «Озерного». Мечты о тишине разбились вдребезги мгновенно. Во входную дверь начали дубасить с такой силой, что, казалось, косяк вот-вот вылетит вместе с петлями...