— Либо ты молча терпишь присутствие моей любовницы в доме, либо пошла вон без копейки! — цинично бросил олигарх жене в лицо. — Ты в своем уме, Вадим? В этом доме выросли наши дети. Сюда приезжает твоя мать. — Мой дом — мои правила, Алена, — Вадим отрезал каждое слово, словно вбивал сваи в мерзлый грунт. Он не кричал. В его голосе не было даже злости — лишь та холодная, выхолощенная уверенность хозяина жизни, который привык покупать людей оптом и в розницу. — Кристина переезжает сегодня вечером. Западное крыло, второй этаж...

— Ты опять кладёшь лавровый лист прямо в кипящий бульон? Сколько раз повторять: его опускают ровно за семь минут до выключения, иначе суп превращается в горькую аптечную микстуру! И лук… Господи, кто так кромсает лук? Это же не рагу для лесорубов, Антон. Это домашний суп. Галина Сергеевна стояла посреди кухни, уперев сухие кулаки в бока фартука с полинявшими ромашками. Поза была выверенной годами: плечи чуть приподняты, подбородок выдвинут вперед, взгляд коршуна, нацеленный на разделочную доску. — Я просто варю обед, Галина Сергеевна, — глухо отозвался Антон, не поворачивая головы...