Во вторник утром Алла нашла в стаканчике синюю щётку с протёртой щетиной. Сергей сказал, что щётка не его. К вечеру она узнала о своём муже то, чего не ждала: пароль от телефона, мокрое полотенце, запах шипра и один давний разговор. Щётка стояла в стаканчике между моей и Сергеевой. Синяя, жёсткая, с щетиной, протёртой до лысины с одного бока. Алла взяла её двумя пальцами, как берут что-то горячее, и поднесла к свету. Щетина была сухая, но у основания ещё темнела влага, и пахло от неё мятой, не той, что в их пасте...

Сергей искал зарядку — Миша вечно таскал её в школу и забывал, — и наткнулся на лист в клеточку, сложенный вчетверо. На листе был вечер. Жёлтое окно, стол, кастрюля. Мама с поварёшкой. Миша с кружкой. А с краю, отдельно от окна, тонкий человек с телефоном у уха. Голова круглая, ноги длинные, и ни рук, ни глаз. Подпись аккуратным второклассным почерком: «Моя семья вечером». Сергей постоял в прихожей, не разуваясь. С куртки капало на коврик. За стеной бормотал телевизор у соседей, на лестнице хлопнула дверь...