– Зоенька, ну перестань, – Марина протянула подруге салфетку и сама едва не разревелась. – У тебя тушь поплывёт, а мы ещё в клуб собираемся! – Да какой клуб, Марин… – девушка посмотрела на своё отражение и горько усмехнулась. – Мне сегодня в люди выходить противно. Как будто меня в грязи вывалили! – Никакой грязи! – твёрдо сказала Олеся. Она сидела на пуфике у стены и смотрела на Зою возмущённым взглядом. – Ты ничего плохого не сделала. Наоборот! Он давил на тебя, угрожал, а ты не сломалась. – Это легко говорить, – Зоя отложила тушь и уткнулась лицом в ладони...

Декабрьский ветер был особенно злым в этом году. Он забирался под воротник старого пальто, пробирался сквозь дырявую подкладку и леденил кости. Шура давно перестала чувствовать пальцы ног в своих дешёвых сапогах — подошва прохудилась ещё в ноябре, и снежная каша уже который час не таяла внутри...