Мать позвонила в воскресенье, между чаем и программой новостей. Вера взяла трубку и уже по первой паузе после «здравствуй» поняла: разговор будет не про здоровье. «Как дела?» «Нормально». Снова пауза. Вера поставила чашку на стол и подошла к окну. Во дворе сосед выгуливал лабрадора, тот тянул поводок к луже, и поводок был явно слишком длинным, чтобы его удержать. Мать начала издалека, как всегда: «Мы тут с папой поговорили. Насчёт дома». «И?» «Ну... Геша же тоже наш сын. Ты понимаешь, правда?» Вера не ответила...

– Жанна Викторовна, распишитесь, – Нина из расчётного протянула ведомость, не поднимая глаз. Я расписалась. Посмотрела на итоговую строку. Тридцать восемь тысяч четыреста. Без премии – пятый месяц подряд. Нина перевернула страницу. За мной стояли ещё четверо. *** А начиналось всё в феврале. Я работаю на молочном заводе «Рассветный» четырнадцатый год. Оператор линии розлива. Встаю в пять, к шести я уже в цехе. Линия – это конвейер, два бака, система подачи, укупорочный аппарат и я между ними. Молоко, кефир, ряженка – полторы тонны за смену...