Часы на кухне показывали без десяти два. Борщ тихо булькал на плите, отдавая густой свекольный пар. Я помешала, сняла пробу – соли хватало. Котлеты остывали на тарелке под полотенцем, капустный салат уже стоял на столе...

Поездка на курортном направлении, особенно в разгар туристического сезона, всегда предполагает определенную долю суеты, но никто не ожидает, что спокойное перемещение между городами превратится в настоящее испытание нервов. Маршрут «Ласточки», следующей по пути из Сочи в Майкоп, стал ареной событий, которые заставили пассажиров целого вагона буквально замереть в ожидании развязки. Всё началось с банальной и привычной ситуации: один из пассажиров, мужчина средних лет с характерными внешними признаками...

Михаил говорил тоном человека, абсолютно уверенного, что я не смогу возразить. – Если будешь артачиться, я прямо сейчас звоню в органы опеки. Скажу, что ты обварила Соню кипятком. Тогда ты больше никогда ее не увидишь. Грязный, подлый шантаж с использованием ребенка как щита. Катя, стоя рядом с ехидной улыбочкой, добавила: – Вам же лучше подписать поскорее. Я смотрела на документы, лежащие на столе. Мои руки мелко дрожали. Нет, не от страха. А от ярого гнева на их жалкую, ничтожную злобу. Я сунула дрожащие руки глубоко в карманы фартука и крепко сжала лежавший там предмет...

В сером, промозглом октябре, когда небо над Москвой казалось натянутой до предела тканью, Лиза и Сергей пили утренний кофе на кухне их квартиры на юго-западе. Запах растворимого кофе смешивался с запахом вчерашнего ужина и легким ароматом духов Лизы — «Twilly d’Hermès», подарок на прошлый Новый год. Сергей, высокий, начинающий седеть на висках, с твердой линией челюсти, которая всегда казалась Лизе воплощением надежности, нервно помешивал ложечкой в своей кружке. Он собирался в командировку в Екатеринбург, на десять дней...