Бабушкин браслет пропал в четверг, а виноватой Елену назначили в пятницу утром. По телефону, где-то между «алло» и «как ты могла». — Лена, где браслет? — голос свекрови звенел так, будто она держала трубку на сквозняке...

В приют на Складской улице Андрей попал случайно. Вообще-то он ехал на авторазборку – нужна была левая фара на его убитый «Логан». Навигатор повёл дворами, Андрей свернул не туда, упёрся в тупик и увидел вывеску: «Муниципальный приют для безнадзорных животных». Буквы выцветшие, забор из профнастила, за ним – лай. Много лая. Надсадный, хриплый, отчаянный. Андрей заглушил мотор и посидел. Ему было тридцать четыре года, он работал сварщиком на трубном заводе, жил один в однушке на окраине и последние полгода пребывал в состоянии, которое сам называл «как в тумане»...