В Красной Армии было запрещено ведение фронтовых дневников. Нет, прямого приказа не существовало, очевидно, распоряжение было «спущено на места», то есть командиры «доводили» до солдат и низовых командиров этот запрет, мотивируя, что даже случайные записи, попав к врагу в случае гибели или плена, могут дать важные сведения. А вот в немецкой армии дневники вели и рядовые, и офицеры, и тем более генералы, рассчитывая на мемуары, которые подтвердят выдающуюся роль завоевателя жизненного пространства»...

Сентябрь 1939 года. СССР и Германия — официально дружественные державы. Пакт подписан, рукопожатия состоялись, торговля идёт. И вдруг — советский офицер отдаёт приказ открыть огонь по вермахту. Убитые с обеих сторон. Два сгоревших броневика. Подбитые немецкие орудия. Это не 22 июня 1941 года. Это почти на два года раньше. О том, что первый вооружённый столкновение между РККА и гитлеровскими войсками произошло ещё в сентябре 1939-го под Львовом, в советское время не писали вообще. И в постсоветское — тоже почти не писали...