– Ты же понимаешь, что в жизни бывают моменты, когда нужно поступиться личным комфортом ради близких людей? – Вадим бросил тяжелую связку ключей на обувницу и даже не стал расшнуровывать ботинки, оставшись стоять на светлом коврике в прихожей. Ирина держала в руках паровой утюг и как раз разглаживала тонкий пояс от нового льняного сарафана. Пар с мягким шипением вырывался наружу, наполняя теплую комнату влажным теплом и запахом свежей ткани. До долгожданной поездки оставалось всего четверо суток, и два больших чемодана уже стояли у шкафа, раскрытые, словно готовые к долгому пути...

Евгений Чорный Над передовой, когда пролетали, всегда старались высоту набрать. Если приходилось так, что на малой высоте линию фронта надо было проскочить, всегда это было ожидание смерти. Был у нас штурман Каримов, из Казани, татарин. Одно время я с ним летал, когда он уже вернулся из штрафбата. Не очень долго, но вылетов двадцать, наверное, вместе сделали. Так он всегда, когда над линией фронта пролетали, со своего места встанет, сзади так голову просунет и туда вниз на землю смотрит. Там у летчика в кабине, под ногами, было такое окно сделано...