Если вы думаете, что история Хюррем и Сулеймана — это восточная версия «Красотки», где бедная рабыня влюбляет в себя богатого парня и живет долго и счастливо, то у меня для вас плохие новости. Это не мелодрама. Это производственная драма о рейдерском захвате власти в условиях жесткой корпоративной культуры. Османский гарем XVI века был не борделем, как любят рисовать европейские художники, а режимным объектом с дисциплиной похлеще, чем в казарме морпехов. Здесь все работало по вековым алгоритмам, написанным кровью...

На стыке двух великих эпох мировая история вновь обратилась к образу основателя. Но рождённая на экране османская империя начинается не с завоевания, а со сновидения — с пророческого сна, который видел юный Осман Гази...