Санкт-Петербург-на-Титоне. 01.02.3000. 21:47 по местному времени. Ровно месяц прошёл с той ночи, когда Апраксин переулок сгорел дотла. Город ещё дымился. Не буквально — пожары потушили на третьи сутки, — но в воздухе всё ещё висел тот особый запах гари, который не выветривается даже сквозь системы рециркуляции. Пахло пеплом, горелым пластиком и чужой бедой. Арсений Воронцов-Орловский стоял у окна своей временной квартиры на Лиговском проспекте и смотрел на восстановительные работы. Внизу, на уровне...

Есть вопрос, который в учебниках обходят стороной. Почему российские евреи так массово уходили в революционное движение? Почему именно они — непропорционально часто — оказывались в рядах социалистов, анархистов, бундовцев? Обычный ответ звучит так: потому что были беспокойными, неблагодарными, вечно чем-то недовольными. Но если посмотреть на то, что им предлагала Российская империя взамен на лояльность, вопрос переворачивается с ног на голову. Это история о том, как государство методично, закон за законом, указ за указом строило машину по производству собственных врагов...