«Соплячка. Ты ещё пожалеешь. Гореть тебе в аду вместе с твоими нейросетями». Сообщение пришло в половине одиннадцатого вечера. Я сидела на диване с ноутбуком и проверяла, что помощники прислали за день, а Тимур в спальне смотрел хоккей без звука — он всегда выключает звук, когда наши проигрывают, чтобы комментатор не сыпал соль на рану. Я прочитала, отложила телефон на подлокотник и вернулась к чекам. Через двадцать минут телефон звякнул снова. «Ника, прости меня, пожалуйста. Я сорвалась. У Мирона зубы, я который день не сплю...

— А я вместо вас с понедельника, — сказала незнакомая женщина и протянула мне руку. — Зоя. Ольга велела у вас всё спрашивать. Я стояла возле своего шкафчика с белой курткой в руках. До открытия пекарни оставалось сорок минут. В духовке уже поднимались булочки, из моечной тянуло горячей водой, а на лавочке лежали чужие туфли — ровно там, где я обычно ставила свои. — В каком смысле вместо меня? Зоя улыбнулась неуверенно. — Вы же к внукам уходите. Мне сказали, до конца недели передадите смену. Я повесила куртку обратно...