Виктор приехал с нотариусом в субботу. Мать ещё дышала. Он даже не зашёл в комнату — сразу положил бумаги на стол. Я стояла у плиты. Варила бульон. Третий месяц я варила бульон, потому что мама уже не могла есть твёрдое...

Почтальоншу Нину в деревне называли «блаженной». Не со зла – просто точнее слова не находилось. Муж её, Пётр, был из этих же мест – крепкий, работящий, с руками, которые всё умели. Он взял её, городскую, потому что она была красивая и не такая, как все. А потом понял: не такая. Совсем не такая. Ладно, стихи целыми днями читала и музыку свою заунывную слушала, которую только на похоронах включать, – с этим Пётр как-то смирился, тем более к его приходу она выключала музыку и убирала стихи, а на плите его всегда ждал вкусный ужин...