Я всегда считал, что у нашей любви есть дно. Твердое, каменистое, на котором можно стоять даже в самый сильный шторм. Мы познакомились на маяке. Старом, заброшенном, на скалистом мысе. Я тогда ремонтировал там крышу, а она приехала фотографировать закат. Дурацкое совпадение. Мы проговорили до утра, и я понял: вот она, та самая, с кем можно делить свет и тьму. Ее звали Алиса. Она любила порядок. Каждую вещь в доме она раскладывала по своим местам. Мои носки — строго в левый ящик, мои книги — по цвету корешков...

Запах оповестил о её появлении даже раньше, чем тень упала на мой лоток. – Щто это? – они всегда пришепётывают из-за второго ряда зубов. Запах… сначала как будто пахнет мятой, приятно, но вблизи, когда вот такая нескладная громадина буквально нависает над тобой, воняет резко и гадко, как лекарствами в зубном кабинете, только сильнее. – Это… амулет, – я невольно отстранился. – Амульет?.. – пальцы-сосиски потянулись к лотку. – Мошьно? Я неопределённо дёрнул плечами. Не думал, что зомби заинтересуют безделушки, которые мы впариваем туристам под видом народного зомби-творчества...