— Пятьсот тысяч рублей, Любочка, это не просто бумажки, это искушение для неокрепших умов, — Ольга Павловна весомо опустила на клеенку солонку в виде фарфорового петуха. — А у тебя карта. Банковская. Её любой хакер через спутник обчистит, глазом моргнуть не успеешь. Переведи их мне на сберегательный счет, целее будут. Люба аккуратно перевернула на сковороде шипящие сырники. В середине июля на кухне панельной пятиэтажки стояла такая жара, что казалось, будто ангелы решили пожарить грешников прямо в Самаре, не дожидаясь осени...

Первой со стула вскочила сестра Людмилы Павловны. Она схватила со стола пачку салфеток и протянула Марии. По тёмно-зелёному платью от плеча до пояса стекал ягодный компот. Андрей молча вынул кувшин из руки матери и поставил его на дальний край стола. За столом сидели двенадцать человек, и вдруг стало слышно, как на кухне работает холодильник. — Ну что вы все замерли? — первой сказала Людмила Павловна. — Подумаешь, компот. Платье постирается. Андрей посмотрел на жену. — Маш, поехали домой. Людмиле Павловне исполнялось шестьдесят...