Мишка не обидит Клим сутки пролежал в коробке – думал, похоронили заживо. Первые два часа он колотил по металлической поверхности, пока не стер костяшки пальцев в липкую мазню. Верещал так, что разодрал глотку собственными связками. Когда раздался спасительный щелчок, Климу не хватило сил подняться – его щуплую тушку как мешок с мусором вывалило в ящик побольше, то был вонючий подвал. Клим откашлялся и с трудом поднялся на дрожащих ногах. Перед ним полумрак выплюнул тучную фигуру в белой, покрытой желтыми пятнами майке...

— Вставай, Марина, солнце уже встает, а у нас окна как в склепе, света белого не видно. Голос Галины Петровны прорезал вязкую, сладкую утреннюю тишину спальни, словно консервный нож — жестяную банку. Марина дернулась всем телом, вырываясь из сна, и первым делом схватила телефон. Экран вспыхнул ядовито-ярким светом, высветив цифры: 06:12. Суббота. Единственный день, когда будильник был отключен, а организм надеялся восстановить силы после шестидневной рабочей недели. Дверь в их с Сергеем комнату была распахнута настежь...