— Ты располнела. Мне с тобой неудобно. Игорь сказал это, не отрываясь от телефона. Я стояла у плиты с половником в руке, и суп капал обратно в кастрюлю. — Повтори. — Что повторять? У Сергея юбилей, пятьдесят лет. Первый раз за шесть лет соберётся вся наша компания. — Он поднял голову и оглядел меня с ног до головы, как оглядывают мебель перед покупкой. — Скажу, что ты приболела. Тебе же самой спокойнее будет. Девятнадцать лет вместе. Я сварила ему столько супов, что не пересчитать. — А если я хочу пойти? — Лара, ну посмотри на себя...

— Перепиши долю на племянника, ему нужнее! — гремел свёкор, припечатывая ладонь к дубовому кухонному столу так, что жалобно звякнули чашки тонкого фарфора. — Ты баба молодая, городская, ещё наживёшь, а у Пашки пацан растёт! Ему расширяться надо, угол свой иметь! — Пусть деверь работает, а не в танки играет, — ответила невестка. Голос Анны прозвучал тихо, почти шелестяще, но в этой обманчивой мягкости звенела туго натянутая стальная струна. Она даже не вздрогнула от удара по столу. Продолжила методично, точным движением снимать с металлического лезвия ножа полупрозрачную кожуру яблока...