Мы устроились в кабинете начальника аэропорта, и я протянул ему заранее написанную по-английски записку. «Кто это написал?» — спросил он. «Я». «Прекрасно. А теперь расскажите, что произошло. Вы сбились с курса?» «Нет», — ответил я. «Я прилетел сюда намеренно. Я прошу политического убежища в Соединенных Штатах. Немедленно поставьте охрану на самолет и свяжите меня с американцами». Он перевел мои слова. В ответ в комнате раздались радостные возгласы. «Можете написать то, что только что сказали?» «Могу», — сказал я...

Она положила на стол тонкий, пустой на вид конверт. — Вы не должны говорить с ним больше ни слова. Не должны смотреть на него дольше трёх секунд. Просто отдайте конверт, развернитесь и уходите. Вам всё ясно? — Да, — кивнула Мария. — Тогда идите. Волчица развернулась и, не оглядываясь, шагнула в тёмный проём другой двери, мгновенно растворившись в непроглядном мраке склада. Мария осталась одна в гулкой, звенящей тишине под одинокой тусклой лампой. Она медленно взяла конверт. Он был пуст. И она сразу поняла, что это не просто проверка на послушание...