На нашей реке есть одно укромное место, куда деревенские редко заглядывают. Не потому, что оно пугает или связано с трагедией. Просто там всё иначе. Полуразрушенный причал, поросший ольхой и крапивой, словно застыл в времени. Доски, даже в самый солнечный день, выглядят серыми и лежат на воде, как старые киты. Тишина здесь такая глубокая, что звенит в ушах, словно эхо прошлого. Вода там почти всегда зеркальная, особенно к вечеру. И вдруг — раз! — из глубины поднимается маленький серебряный шарик...

В 1978 году, примерно в три часа ночи, Людмила Карповна пила портвейн вместе со своей дочкой Майей и соседкой по лестничной клетке. Четырехлетняя внучка Ника в это время должна была видеть уже десятый сон, но вдруг из коридора послышался её голос: - По-волчьи воет моя душа, по-волчьи воет моя душа, - как мантру повторяла девочка. Бабушка вышла в коридор и спросила: - Никуша, с кем ты разговариваешь? - С Богом, - ответила она. В своих поздних воспоминаниях мать девочки Майя скажет: "Мы всё не могли понять - идиотка ли она или действительно слышала то, чего не слышали другие?"...