— Мама поживёт у нас, — Макс произнёс это мимоходом, не отрывая взгляда от экрана телефона, где его виртуальный танк штурмовал очередную высоту. Произнёс так легко, будто сообщал о покупке нового пакета молока или о том, что завтра возможен мелкий дождь. Алина замерла с половником в руке. С горячего черпака в кастрюлю с борщом сорвалась тяжёлая багровая капля. Раз. Два. Время словно замедлилось, превращая уютную, пахнущую чесноком и укропом кухню в зону надвигающегося стихийного бедствия. — Что, прости? — переспросила она, надеясь, что ослышалась...

Я стояла в коридоре босиком. Плитка под ногами казалась ледяной, хотя за окном плавился август. Одной рукой я держалась за дверной косяк, вторую прижимала к низу живота — там, под натянутой тканью домашнего платья, толкалась моя дочь...