Завтрак начинался как обычно. Я поставила на стол его любимую яичницу с беконом, свежие булочки, которые пекла с вечера, и кофе. Ровно две ложки сахара, щепотка корицы. Олег сидел, уткнувшись в телефон, листал какие-то таблицы, хмурился, машинально двигал челюстями...

**** Жизнь Вероники Палкиной после той ночи, когда она прочла переписку мужа с секретаршей Аленой, внешне не изменилась ни на волосок. Она по-прежнему вставала в шесть тридцать, заваривала кофе, который никогда не успевала выпить, и управляла утренним хаосом с таким видом, будто дирижировала оркестром, исполняющим три разные симфонии одновременно. Даже «Бамблби» гудел по расписанию — ровно в семь тридцать, сигнализируя о начале нового дня. Но внутри Вероники произошла перестройка. Не революция, так как революции шумны и кровавы, а здесь всё обходилось спокойно и мирно...