Любовь никогда не просила ни у кого помощи. В поселке городского типа, где каждый шаг был на виду, про неё говорили коротко: «Люба — кремень». И в этом слова «кремень» слышалось не столько уважение, сколько осторожное опасение. С такими людьми не спорят, к таким не приходят за солью, у таких не просят взаймы. Муж её, Николай, умер рано и глупо. Пошёл по весне на рыбалку, провалился под рыхлый ноздреватый лёд. Выкарабкался сам, но успел сильно наглотаться ледяной воды. Через неделю сгорел от крупозного воспаления лёгких...

Старая липа у калитки почти не изменилась — всё так же наклонялась над посеревшим от времени деревянным забором, словно пытаясь укрыть двор от чужих глаз. Виктор стоял у ворот, перекинув тяжёлый рюкзак через плечо, и не мог заставить себя сделать последний шаг...