Все наше состояние — 500 пар ушей, 2000 лап и 500 хвостов. Для нас это бесценно, но, увы, поставщики и арендодатели эту валюту не признают..
Здравствуйте, друзья! Вдохновение не продается, а рукопись — еще как. Только у нас за душой ни того, ни другого. Ни золотых унитазов, ни бриллиантовых ошейников, ни заветного литературного аванса. Все наше состояние — 500 пар ушей, 2000 лап и 500 хвостов. Для нас это бесценно, но, увы, поставщики и арендодатели эту валюту не признают. Утро встретило нас не радостью, а тревожными подсчетами. И цифры, как всегда, режут без ножа. Наташа внесла за аренду за два месяца 40 000 рублей — казалось бы, одна проблема решена...
Не продается вдохновенье, но можно продать рукопись. А у нас — только ушки, лапки и хвосты!
Здравствуйте, друзья! Есть такая известная фраза: «Не продается вдохновенье, но можно рукопись продать». В нашем приюте, к сожалению, продать нечего. У нас нет золотых унитазов, нет бриллиантовых ошейников и даже нет той самой «рукописи», за которую дали бы аванс. Наш «капитал» — это примерно 500 пар ушей, 2000 лап и 500 хвостов. И, если честно, это самое дорогое, что у нас есть. Но рынок почему-то не принимает эту валюту. Сегодня утро началось не с кофе, а с подсчетов. И цифры, как всегда, кусаются...