— Ну что, Егор, чуешь? — старый охотник Михалыч, щурясь, посмотрел на верхушки сосен. — Птица низко пошла. И тихо. Слишком тихо. Егор, которого местные за глаза, а порой и в глаза называли Лешим, затянулся самокруткой и кивнул. Он стоял на крыльце своего дома, опираясь на перила, потемневшие от времени и ветров. — Чую, Михалыч. Кости ломит. К большой пурге дело. — К «черной», — поправил сосед, сплюнув в сугроб. — Дед мой сказывал, такая раз в десять лет приходит. Небо, глянь, какое... Будто синяк наливается...

Слышал я, что про ту историю в деревне болтают. Мол, пришёл тигр, верёвки перегрыз, а потом ещё и до дома проводил. Бредни это всё и домыслы дураков, которые лес только на картинках видели. Тигр в нашей глуши — гость редкий, да и не в его привычках свидетелей спасать. На деле всё было куда хуже и проще. Вот как было на самом деле… Меня привязали к сосне на закате. Браконьеры эти действовали быстро, по-деловому. Знать я их не знал — не наши это были. Обычно ведь как: свои же мужики из Марьевки протоколы нарушают, петли ставят или косулю бьют без лицензии...