— Петровича-то нашего, посадили! – шептала баба Таня, прикрывая рот ладонью. – Говорят, прямо из кабинета забрали, с поличным! — Не посадили, а проводят следственные действия! – поправила её баба Валя, считавшая себя более «компетентной» и «информированной», поскольку её племянник работал в районной администрации. – Его, может, еще и отпустят. Там всё не так просто, говорят. — Отпустят они! – фыркнула баба Нюра. – Кто ж так ворует, чтоб потом отпускали? Всё село теперь знает, что он там натворил...

— Или я, или твоя дочка от первого брака! — Алина резко опустила на кухонный стол чашку с недопитым кофе. Фарфор звякнул о стекло, пара темных капель выплеснулась на белоснежную скатерть. — Выбирай, Игорь. Мне надоело быть на втором месте в собственном доме. Игорь, сидевший напротив в помятой после ночной смены синей хирургической куртке, даже не вздрогнул. Он медленно потер переносицу, оставляя на коже красные следы от очков. За свои сорок два года он, как ведущий хирург городской больницы, видел слишком много настоящих катастроф, чтобы устраивать панику из-за семейного ультиматума...