Чашка выскользнула из рук Оли и разлетелась на осколки по кухонному полу, но она этого даже не заметила. Она стояла и смотрела на золовку так, будто та говорила на непонятном языке. — Прости, что? — переспросила Оля, хотя расслышала прекрасно. — Ну а что тут непонятного, — Марина закинула ногу на ногу, устроившись на диване так вольготно, словно этот диван принадлежал лично ей. — У вас квартира большая, светлая. Оля дома сидит целыми днями, готовит хорошо. Вот и накроете столик для детей, шариками украсите гостиную — и всё, праздник готов...

Каждый год в Советском Союзе бесследно исчезали десятки женщин, и происходило это не по вине маньяков, аварий или тяжелых болезней. Они уходили сами, будучи влюбленными, доверчивыми и ослепленными сладкими обещаниями совершенно чужой, но такой красивой жизни. Эти женщины уезжали за иностранцами, которые приезжали в портовые города, улыбались белозубыми улыбками и рассказывали о виллах, море, свободе и роскоши. Приезжие убеждали их, что в стране серых пальто и пустых прилавков такая красавица просто не может жить, ведь она слишком живая и достойна большего...