- Громкость убавь! - Зойка легонько стукнула в дверь ванной комнаты: там муж принимал ванну. - ... мне лунный камень в талисман моей любви, - дурашливо доносилось из-за двери: Сашка пел, похабно коверкая строчки известной песни. А что – он был у себя дома! Помните, как герою одного из сериалов, сидящему дома в одном зеленом и одном красном носке, задают резонный вопрос: "А почему носки разные?" А он отвечает: "А я у себя дома!" А дома и солома едома! Какие еще китайские церемонии? Раньше за мужем...

До Калиновки — соседнего городка, где жила Нина — было двадцать километров по просёлочной дороге. Раньше ходил автобус, но теперь его отменили: бензин нужен фронту. Елена и Вера вышли затемно. Шли быстро, почти не разговаривая. Утренний туман стелился над полями, роса мочила подолы юбок. Где-то вдалеке лаяла собака. — Ты записку ей показала? — спросила Вера, когда они миновали последние дома. — Нет. — Почему? Елена помолчала. Она и сама не знала почему. Записка лежала у неё на груди, под платьем, и она чувствовала её кожей — маленький квадратик бумаги, который мог означать всё или ничего...